Rouge Hermès

Rouge Hermès
Hermes perfumes occupy a special niche. Only a few houses could boast such constant product quality. This consistency costs a lot, but sometimes it plays a cruel joke on the house, as in the case of Rouge. Fragrantica reports that Rouge Hermes was created in 1984 as Parfum d’Hermes, and reincarnated in 2000 as Rouge. I don’t understand where this confusion came from. Rouge and Parfum d’Hermes are different scents, and I can’t say that one is a reformulation of another, even approximately. This could be easily proven in any Hermes boutique. Both perfumes are still produced successfully.

Nowadays, when the real quality is not in fashion, Rouge Hermes can be rightfully called old-fashioned. The scent seduces with the correctness of its composition and a feeling of serenity that comes from it. It is correct, but not at all boring. There is nothing in Rouge that is deliberate, nothing “too much”. Although I could honour any Hermes perfume with this characteristic.

Rouge Hermes opens with bitter, throat-scratching aldehydes. A barely perceptible hint of aldehyde bitterness is felt throughout the development of the aroma. At the heels of the aldehydes, there slowly drops a soft heavy curtain made of flowers, where rose is dominant. This dense, iris-powdered red rose is completely lacking any traces of fruit notes. Usually flower notes give perfume succulence and moisture, but thanks to iris, it stays dry and even a little bit rough. The base of Rouge is hot, wood-resin, with the same familiar bitterness and roughness.

I do not divide perfumes into day and evening ones, but I feel more comfortable in Rouge during the day. I wear this perfume with pleasure on cold and dark weekdays. In the evening, I miss emotional expressiveness it can’t give. And this is not surprising. It is difficult to neglect aristocratic restraint formed over many generations. I found a complement to the Rouge, though not that noble, but it perfectly compensates for that cute imperfection – Rose de Nuit Serge Lutens. Both scents are in the same sector of a colour spectrum, rose dominates in both of them, but Rose de Nuit is far less sensible.
Ароматы Hermes занимают в парфюмерию особую нишу. Мало какой дом может похвастаться таким неизменным качеством выпускаемой продукции. Это постоянство дорогого стоит, но иногда оно играет с домом злую шутку, как в случае с Rouge. Fragrantica сообщает, что Rouge Hermes был создан в 1984 году как Parfum d’Hermes и реинкарнирован в 2000 году как Rouge. Мне сложно понять, откуда возникла такая путаница. Rouge и Parfum d’Hermes – разные ароматы, и назвать один переформулировкой другого я не могу даже с большой натяжкой. В этом можно легко убедиться в любом бутике Hermes. Оба аромата продолжают успешно выпускаться.

В наше время, когда настоящее качество уже давно не в моде, Rouge Hermes можно по праву назвать старомодным. Аромат подкупает выверенностью композиции и ощущением покоя, который от него исходит. Он правильный, но ни в коем случае не скучный. В Rouge нет ничего нарочитого, ничего “чересчур”. Впрочем, этой характеристикой я могу наградить почти все ароматы Hermes.

Rouge Hermes открывается горькими, царапающими горло альдегидами. Привкус едва уловимой альдегидной горечи чувствуется на протяжении всего звучания аромата. Следом за альдегидами медленно опускается мягкий, тяжелый занавес из цветов, среди которых доминирует роза. Эта густая, припорошенная ирисовой пудрой, красная роза напрочь лишена каких-либо следов фруктовых нот. Цветочные ноты как правило придают ароматам сочности и влажности, но благодаря ирису аромат остается сухим и даже немного шершавым. База в Rouge горячая, древесно-смолистая, все с той же знакомой горечью и шероховатостью.

Я не разделяю ароматы на дневные и вечерние, но мне комфортнее в Rouge именно днем. Я с удовольствием ношу этот аромат в холодные и темные будни. Для вечера мне в нем не хватает эмоциональной экспрессивности. И это не удивительно: аристократической выдержкой, которая формировалась на протяжении не одного поколения, не так уж и просто пренебречь. Я подобрала к Rouge комплиментарную пару, пусть не такого благородного происхождения, зато прекрасно компенсирующую этот милый недостаток: Rose de Nuit Serge Lutens. Оба аромата расположены в одной части цветового спектра, в обоих доминирует роза, но Rose de Nuit гораздо менее рассудительна.

Rouge Hermes: ylang ylang, rose, cedar, sandalwood, Bourbon vanilla, spices, resins, myrrh, labdanum ciste.


December Roses

Mitsouko Guerlain

Попытка объять необъятное: Mitsouko Guerlain.
“In a sweet though slightly hoarse voice the girl made an announcement which sounded rather cryptic but which, judging from the faces of the women in the stalls, was very enticing: “Guerlain, Chanel, Mitsouko, Narcisse Noir, Chanel Number Five, evening dresses, cocktail dresses…””
Mikhail Bulgakov “The Master and Margarita”

Peaches in moss. This image, as concise as a Japanese haiku, was my first impression of Mitsouko. It remained the same until I got my own bottle of an old EDT. And then it all began!

Over the last month I was starting to write about Mitsouko several times. But every time I deleted everything. It was difficult to capture and translate into words the diversity of the scent that hides behind its apparent simplicity. And I’m not sure that I got it right now. I could have waited until impressions evolve into something more mature. But Mitsuko behaves as though it has almost no time left. And I wear it every day, as though that day is the last one. I could only obey and pay awed tribute to it.

As the other scents of this concentration from Guerlain, Mitsouko is very versatile and flexible. But while the dynamics of Vol de Nuit is built horizontally, Mitsouko’s is vertical. From the bottle, it smells of bergamot and moss at the same time. The top and the very bottom have folded into the same plane, showing its chypre id, like a passport. But on a skin the components, previously arranged like a pile of cards, stretch into a vertical structure all the way up to the stratosphere. Oak moss could drag anyone into a dungeon, but here bergamot holds the entire composition on the surface, even in the base keeping it from falling into the netherworld.

I don’t even know what I like in Mitsouko most: the rapid bergamot acceleration, the freeze at zero-gravity point of warm creme rose that follows, or infinitely beloved abstract-naturalistic Guerlain’s peaches? And what thrills me the most: when, at a junction of peach and rose, there appears an illusion of white honey colored skin, or that soft fall into the dark embrace of moss?

Mitsouko is a perfection from the first note till the last. It’s an absolutely narcotic scent. You want it more and more, and can’t stop that. And at the same time it has something incomprehensible. Mitsouko is like a woman you love, but with whom you speak different languages.
Персики во мхах. Такой лаконичный, как японское хайку, образ сложился у меня о Mitsouko. Он оставался неизменным, пока у меня не появился свой флакон старой туалетки. И завертелось!

За последний месяц несколько раз начинала писать о Mitsouko, но каждый раз стирала. Многообразие аромата, скрывающееся за его кажущейся простотой, оказалось очень сложно уловить и передать словами. Не уверена, что это получилось сейчас. Можно было подождать, когда впечатления оформятся в что-то более зрелое, но Mitsouko ведет себя так, будто у нее осталось очень мало времени: я ношу ее почти каждый день, как будто каждый день – последний. Мне остается лишь только подчиниться и отдать причитающуюся ей дань.

Как и другие аромата Герлена в этой концентрации, Mitsouko очень пластична и подвижна. Но если динамика Vol de Nuit выстраивается по горизонтали, то Mitsouko – это вертикаль. Из флакона пахнет бергамотом и мхом одновременно. Верх и самое дно сложились в одной плоскости, предъявляя свою шипровую идентификацию как паспорт. Но на коже сложеные в стопку, как игральные карты, компоненты выстраиваются в вертикаль, растягиваясь до самой стратосферы. Дубовый мох кого угодно затащит в подземелье, здесь же бергамот удерживает всю композицию на поверхности, не давая ей провалиться в царство мертвых даже к базе.

Даже не знаю, что в Мitsouko мне нравится больше: стремительный бергамотовый разгон, последующее замирание в точке невесомости теплой кремовой розы или бесконечно любимые абстрактно-натуралистичные герленовские персики? И что больше щекочет нервы: когда на стыке персика и розы появляется иллюзия кожи aka skin цвета белого меда или мягкое падение в темные объятья мха?

Mitsouko – это совершенство с первой до последнией ноты. Это абсолютно наркотический аромат. Его хочется еще и еще, и невозможно оторваться. Но в то же время есть в нем что-то неподдающееся пониманию. Мitsouko как любимая женщина, с которой ты, увы, всегда останешься на “Вы”.

Mitsouko Guerlain (Jacques Guerlain, 1919): Bergamot, Lemon, Mandarin, Neroli; Peach, Rose, Clove, Ylang-Ylang, Cinnamon; Oakmoss, Labdanum, Patchouli, Benzoin, Vetiver.

Protected: Что я носил: много туманных ноябрьских букв

This post is password protected. To view it please enter your password below: